“Каждого человека спрашивают его мнения о мельчайшей детали, чтобы не дать ему возможности иметь мнение о целом.”
Рауль Ванейгем
Мы оглядываемся вокруг и видим, что этот мир нам неподвластен.
Мы ведем повседневную борьбу за выживание в необъятном и постоянно ускользающем от нас контексте...
...дрейфующем от стихийного бедствия к террористической атаке... от секс-скандала со звездой к коррупционному скандалу... от религиозных войн к экономическому чуду... от искушения новой рекламой к прямому эфиру с заседания госдумы... от советов как стать идеальным любовником к советам как обезопасить детей от сексуального насилия... от очередных избиений в отделении милиции к новым проблемам здравоохранения...
Одно и тоже работает повсюду...
в демократических и в тоталитарных государствах... в корпорации и в фирме отца... в шаверме и в фуагра... в опере, в шансоне, в хип-хопе... в любой стране и в любом языке мира... в тюрьме, в школе, в больнице, на заводе, в офисе, в горячей точке и в магазине «продукты»...
Есть нечто, что высасывает из нас жизнь и плюет нам в лицо образами этих жизней.
Это нечто есть продукт нашей собственной деятельности. Наша творческая активность продается час за часом, неделя за неделей, поколение за поколением.
У нас нет своего дела или собственности, с которой мы бы могли иметь доход, поэтому мы вынуждены продавать нашу силу и время. Мы – это современный рабочий класс.
РАБОТА
“Капитал – это мертвый труд, который, как вампир, оживает лишь тогда, когда всасывает живой труд, и живет тем полнее, чем больше живого труда он поглощает”
Карл Маркс
Мы работаем не потому, что нам это нравиться. Мы работаем, потому что у нас нет другого способа добыть деньги. Мы продаем свои время и душу, чтобы купить вещи, без которых нам не выжить.
Нас сводят вместе с другими работниками и раздают нам различные задания. Мы специализируемся на отдельных видах деятельности и повторяем эти действия снова и снова. Время, которое мы отдаем работе, на самом деле не является частью наших жизней. Это мертвое время, и оно принадлежит работодателю. На работе мы создаем блага, которые работодатель может продать. Эти блага могут быть как предметами, например, футболками, компьютерами или небоскребами, так и услугами, к примеру, уборкой помещений, уходом за больными или вождением автобуса. Работа придумана не для того, чтобы создавать что-то полезное. Нам она нужна, чтобы получать зарплату, а начальникам – чтобы получать прибыль.
Прибыль, созданная нашими руками, инвестируется в дальнейшее расширение бизнеса. Наша работа накапливается в вещах, которыми владеют хозяева предприятия, – в капитале. Капиталисты постоянно ищут новые способы накопления деятельности в вещах, ищут новые рынки для сбыта этих вещей, ищут новых людей, которые будут работать на них, так как им нечего продавать, кроме своих времени и рук. Работа обеспечивает нас крошечной суммой, достаточной лишь для оплаты жилья, еды, одежды и пива; достаточной для того, чтобы обеспечить наше возвращение на работу.
Если мы не на работе, то мы проводим время в пути до/с работы, готовясь к работе, отдыхая после работы и напиваясь, чтобы забыть о работе. Есть только одна вещь хуже работы – это отсутствие работы. Тогда мы тратим недели в поисках работы, не получая за это ни копейки, а пособия по безработице не хватает даже на еду. Постоянный страх оказаться на улице – вот что заставляет нас ходить на работу каждый божий день. Наша работа есть основа этого общества. Власть правящего класса расширяется с каждой секундой, которую мы отдаем работе. Такие порядки установлены в каждой стране мира.
На работе мы подчиняемся начальству и законам рынка, на которых они действуют. Но есть какая-то невидимая сила, которая навязывает нам трудовую дисциплину и скуку во всех прочих сферах жизни. Жизнь похожа на шоу, которое мы наблюдаем со стороны и на которое мы не в силах повлиять. Любой другой вид деятельности становится таким же тяжелым, скучным и отчуждающим как работа: учеба, работа по дому, досуг. Таков капитализм.
АНТИ-РАБОТА“Конечно, капиталисты очень довольны капиталистической системой. Почему нет? Ведь они наживаются на ней”
Александр Беркман
Работа имеет совершенно разный смысл в зависимости от того, на чьей вы стороне. Для капиталистов работа – это источник прибыли, создающей ещё большую прибыль. Для нас же работа – это убогий способ выживания. Чем меньше они платят нам, тем меньше мы работаем. Чем легче им уволить нас, тем усерднее нам придется работать. Наши интересы противоположны, поэтому на работе всегда идет непрерывная борьба между начальством и рядовыми работниками, и эта борьба распространяется на все общество, построенное на работе. Чем больше мы тратим на проезд в автобусе или за съем квартиры, тем больше мы будем работать, чтобы оплатить жилье или купить проездной билет.
Текущее состояние зарплат, льгот и рабочих часов равно как и положение дел в политике, искусстве и науке есть результат текущего состояния классовой борьбы. Таким образом, защита наших интересов в этой борьбе – это отправная точка свержения капитализма.
ОБЩЕСТВО
“В наше время любой бунтарь понимает, что «народ» и рабочий класс не имеют между собой ничего общего”
Джо Хилл
Цивилизация окончательно расколота. Большинство людей проводят большую часть своего времени на работе, пытаясь свести концы с концами, в то время как меньшинство хозяев жизни управляют нашей работой и наживаются на ней. Все (со)общества и социальные институты построены на этом базовом разделении. Существуют расовые, культурные и языковые разделения и сообщества. Есть разделения и сообщества, завязанные на поле и возрасте. Есть гражданское и национальное сообщество, равно как и разделение между нациями и разделение между гражданами и негражданами. Мы разделены и объединены на основе идеологии и религии. Мы объединены, чтобы покупать и продавать на рынке. Некоторые из этих идентичностей существуют тысячелетия, некоторые являются прямым результатом современного вторжения работы в нашу жизнь. Но, как бы то ни было, сейчас все они организованы вокруг капитала. Все они служат правящему классу, чтобы накапливать все больше нашего мертвого времени и обезопасить базовое разделение общества от наших атак. Рабочих одной страны заставляют отождествлять себя со своими эксплуататорами, чтобы они воевали против рабочих другой страны. Рабочим будет труднее организовать стачку с рабочими, которые выглядят по-другому и говорят на другом языке, особенно если одна группа считает себя лучше другой. Эти разделения и общества являются продолжением логики разделения труда на рабочем месте.
Кроме этих разделений и «исключающих» (со)обществ, нам также навязывается всевключающее сообщество человечества. Это сообщество абсолютно выдуманное и ложное. Оно отрицает базовое разделение общества. Класс собственников заправляет СМИ и правительством, школами и тюрьмами, благотворительными организациями и милицией. Он заправляет нашими жизнями. Газеты и телевидение навязывают нам точку зрения правящего класса. Школы учат великой (или позорной) истории своего общества и производят выпускников (и недоучившихся) для различных видов работ. А правительство предоставляет услуги, обеспечивающие стабильную работу этого общества. И когда этого не хватает, в ход идут милиция, тюрьмы, армия.
Это не наше общество.
АНТИ-ОБЩЕСТВО“Власть буржуазии все также покоится на недостатке пролетарской автономии и независимого духа”
Антон ПаннекукОни организуют нас друг против друга, но мы можем организоваться против них.
Вся суть разговоров о классах и пролетариате заключается в том, что на самом деле люди из казалось бы разных «обществ» переживают по сути один опыт, и что люди из одного «общества» должны на самом деле ненавидеть друг друга. Это отправная точка борьбы против существующих сообществ. Когда мы начинаем отстаивать наши собственные интересы, мы видим, что другие делают то же самое. Предрассудки отходят в сторону, и наш гнев направляется куда следует. Мы слабы не потому, что мы разделены. Мы разделены, потому что мы слабы.
Существующие сообщества становятся неуместными, когда атакуются, и они атакуются, становясь неуместными. Расизм и сексизм теряют свою почву, когда работающие мужчины и женщины разных рас рука об руку сражаются со своим классовым врагом. И борьба становится тем эффективнее, чем больше людей из разных обществ подключается к ней. Исчезнет универсальный эквивалент всех вещей – деньги, – когда не будет нужды в опосредовании рабочего времени, заключенного в этих вещах. Это станет возможно лишь в том случае, если мы будем создавать вещи, потому что они нам нужны, а не потому что мы хотим реализовать их на рынке. Не будет никаких правительств, когда общество не будет расколото на управленцев и исполнителей, когда люди будут сами управлять своими жизнями. Уйдут в прошлое национальные и расовые сообщества, когда люди не будут делиться на бедных и богатых, и на смену им придет сообщество людей. Новый мир зарождается в борьбе с существующим миром.
Это движение к созданию человеческого сообщества через борьбу против существующего положения вещей, то есть против работы, денег, обмена, границ, наций, правительств, милиции, религии и рас, обычно называется «коммунизмом».
ПОЛИТИКА
“Чем больше нами управляют, тем меньше у нас свободы”
Набат
Всякая политическая деятельность так или иначе находит свое завершение в правительстве. Политики представляют разные страны, регионы и общества, соревнующиеся между собой. Каждый политик уверяет, что только он сможет решить наши проблемы, но мы никогда не удивляемся, когда нас в очередной раз обманывают. Рабочее происхождение или радикальные идеалы политика становятся бессмысленными, когда он начинает править нами. Не важно, кто находится в правительстве, правительство руководствуется своей собственной логикой. Тот факт, что это общество разделено на классы с противоположными интересами, означает, что всегда остается опасность распада этого общества. Чтобы не допустить этого, существует правительство. Не важно, что это за правительство - диктаторское или демократическое; оно имеет монополию на насилие и будет по максимуму его использовать против своего народа, чтобы обеспечить наше возвращение на работу.
90 лет назад глубокий общественный кризис в России привел к власти большевистскую партию. Не прошло и нескольких лет как большевики задушили рабочее движение, благодаря которому они оказались в правительстве, и начали строить «коммунизм», национализируя промышленность и устанавливая однопартийную диктатуру. Крах Советского Союза доказал неэффективность такого рода капитализма, и правящий класс решил вернуться к старой доброй рыночной экономике. Что до Коммунистической Партии, то она стала обычной консервативно-популистской партией, соревнующейся с правительством в патриотической демагогии.
Политическая партия рабочего класса – это противоречие в терминах. Не потому, что партия не может состоять из одних рабочих, а потому что единственное, что она может делать, – это представлять рабочих в политике. Она пытается изменить способ управления обществом, т.е. способ создания прибыли и удержания нас под контролем. Не важно, выступают ли они за национализацию или приватизацию, за увеличение расходов на «социалку» или на милицию – программа политической партии всегда остается лишь одной из стратегий управления капитализма.
К сожалению, политика существует также и за пределами правительства. Лидеры местной общественности, профессиональные активисты и профсоюзы хотят поставить себя между рабочими и начальниками и выступать в роли посредников, переговорщиков, и, в конце концов, миротворцев. Они держаться за свое положение. Чтобы оказать давление на капиталистов, им приходится мобилизировать рабочий класс в управляемом русле. Это значит, что, когда мы выйдем из-под контроля, они выступят против нас. Они променяют борьбу на частичные уступки или просто продадут нас. Политики всегда призывают нас проголосовать, расслабиться и поручить переговоры профессионалам, с нас же хватит и пассивного участия. Эти неправительственные чиновники предоставляют правительству возможность мирной поддержки статуса-кво, и взамен они получают работу по управлению нашей нищетой.
Все политики - бюрократы. Политические группы воспроизводят структуру работы там, где наша деятельность не подчинена законам рынка. Они создают специалистов в политике. В их основании лежит разделение между ведущими и ведомыми, между представителями и представляемыми, между организаторами и организуемыми. Проблема не в том, что они «неправильно» организованы, что в них «недостаточно» демократии. Это прямое следствие самого предназначения политической группы – управлять определенным участком капитализма.
Единственная вещь, которая интересует нас в политике – это ее уничтожение.
АНТИ-ПОЛИТИКА
“Анархизм – это не какая-то прекрасная утопия или абстрактная философская идея; это общественное движение трудящихся масс”
Группа «Дело Труда»
Когда мы начинаем бороться против наших условий жизни, наружу прорывается совершенно иной мир. Мы больше не ищем политиков, которые пришли бы и решили все за нас. Мы все делаем сами, вместе с другими наемными работниками.
Когда назревает протест, политики стремятся потушить его в потоке петиций, законодательных предложений и избирательных кампаний. Но когда мы сами сражаемся за свои интересы, наши действия кардинально отличаются от их действий. Мы отбираем имущество у собственников и используем его для наших нужд. Мы применяем военную тактику против капиталистов и доходим до прямого противостояния с ментами. Мы формируем группы, в которых принимает участие каждый, и где нет места разделению на пастырей и паству. Мы не боремся ради наших лидеров, наших начальников или нашей страны. Мы боремся ради самих себя. Мы не предлагаем какую-то форму ультра-демократии. Мы навязываем обществу наши интересы без разговоров и дискуссий – бестолку говорить с этим обществом на равных, ведь наши интересы прямо противоположны интересам власть имущих. Это движение рабочего класса, которое противостоит государству и политике и создает новые формы организации, не полагаясь ни на что, кроме своих собственных возможностей, обычно называется «анархизмом».
ВОЙНА
“Давайте разгромим проспекты богачей!”
Люси Парсонс
Итак, мы на войне – классовой войне.
Не существует некоего набора идей, проектов и организационных стратегий, которые могут обеспечить нам победу.
До тех пор, пока инициатива в их руках, мы разделены и пассивны. Наш ответ на условия жизни обычно индивидуален: мы переходим на другую работу, снимаем жилье по-дешевле, вступаем в субкультуры, вступаем в банды,совершаем самоубийство, идем в церковь, покупаем лотерейные билеты, окунаемся в омут алкоголя и наркотиков. Их мир выглядит как единственно возможный. Всякая надежда на перемены обречена оставаться мечтой, отделенной от нашей повседневной жизни. Жизнь все также идет своим чередом – разрушается и осыпается под ногами.
Когда мы переходим в наступление, то начинаем распознавать друг друга и бороться вместе. Мы используем зависимость этого общества от нас, чтобы расшатать его. Мы бастуем, саботируем, бунтуем, опустошаем, восстаем и захватываем собственность. Мы создаем организации, чтобы расширять и координировать наши действия. Целый спектр возможностей раскрывается перед нами.
Мы становимся все решительней и агрессивней, утверждая наши классовые интересы. Они не заключаются в формировании нового правительства или замены плохих начальников на хороших. Наши интересы заключаются в прекращении нашего образа жизни – а значит и общества, основанном на этом образе жизни.
Мы – это рабочий класс, который уничтожает работу и классы. Мы – это общество людей, которые хотят уничтожить существующее общество. Наша политическая программа – это уничтожение политики. Чтобы осуществить это, мы должны продвигать подрывные движения, которые существуют сегодня, пока повсюду не будет установлен совершенно иной мир. Это обычно называется «революцией».
Самые последние новости анархического движения в передаче «Буревестник»
“Капитал – это мертвый труд, который, как вампир, оживает лишь тогда, когда всасывает живой труд, и живет тем полнее, чем больше живого труда он поглощает”
“В наше время любой бунтарь понимает, что «народ» и рабочий класс не имеют между собой ничего общего”
“Чем больше нами управляют, тем меньше у нас свободы”
“Давайте разгромим проспекты богачей!”
